Top.Mail.Ru

Применение карипразина при купировании повторных обострений шизофрении

Вернуться к материалам
Применение карипразина при купировании повторных обострений шизофрении

Применение карипразина при купировании повторных обострений шизофрении

Врач: В.А. Тихова, врач-психиатр, заведующая отделением психиатрической больницы №4 ОСП «Наро-Фоминское», г. Наро-Фоминск, Московская область

Пациент: мужчина, 32 года

Диагноз: параноидная шизофрения, эпизодический тип течения. Галлюцинаторно-бредовой синдром на фоне нарастающих негативных расстройств. Наследственность психопатологически отягощена: сводный брат по линии отца болен психическим заболеванием, неоднократно лечился в условиях психиатрического стационара

Обстоятельства госпитализации

Госпитализирован бригадой скорой медицинской помощи. При поступлении подписал согласие на лечение. Ранее два раза лежал в психиатрическом стационаре.

История развития болезни

Младший из троих детей в семье (брат здоров, сестра умерла от онкологического заболевания). Развивался согласно возрастным нормативам. Рос молчаливым, избирательным в общении, к детскому саду адаптировался с трудом, предпочитал спокойные игры в уединении. В школе учился слабо. Друзей не было, свободное время проводил в обществе брата. 

В 12 лет тяжело пережил смерть бабушки и дедушки. Боялся ложиться спать. Говорил, что «во сне к нему приходят сущности умерших родственников, зовут его за собой», слышал их голоса, просыпался от ощущения нехватки воздуха. К врачам не обращался.

В старших классах изменился в поведении, стал дерзким, несдержанным, инициировал конфликты с одноклассниками, грубил педагогам. После 8-го класса мать перевела его в частную школу. С выбором вуза определиться не смог, устроился на работу курьером. 

В 18 лет по настоянию матери поступил в институт на дизайнерский факультет. Учился без желания. Спустя три месяца, после конфликта с преподавателем, институт бросил. Пытался устроиться на работу официантом, но нигде не выдерживал испытательного срока из-за конфликтов с работодателями и коллегами. Окончил курс веб-дизайнеров, но на работу по специальности устроиться не смог. Рисовал дома, продавал свои работы через интернет. Вырученные деньги тратил безрассудно. 

В 19 лет занялся экстремальными видами спорта, зацеперством.

В 20 лет стал опять молчаливым, замкнутым. Увлекся религиозной литературой, ходил в церковь. Отрастил бороду, стал соблюдать посты. Два раза в неделю вовсе отказывался от еды и воды. Не принимал гигиенических процедур. Говорил, что «таким образом очищается от скверны». Из дома практически не выходил. 

Замечал вокруг себя определенные знаки, ощущал нереальность происходящего с ним. Стал испытывать страх преследования. Считал, что в квартире «установлены прослушки», а во дворе «дежурят машины, из которых за ним следят». Спасаясь от «преследователей», уехал в другой город.

Домой вернулся в запущенном состоянии. От консультации врача категорически отказывался. 

В следующие четыре года состояние оставалось неустойчивым. Со слов матери, в межсезонье отмечались обострения состояния, становился неуправляемым. Попыток к трудоустройству не предпринимал. Одевался странно, отдавая предпочтении старым вещам, приносил вещи с помойки. Вновь увлекся религиозной литературой, изучал буддизм. Не спал по ночам. Разговаривал сам с собой. Не мылся, не переодевался.

После длительных уговоров матери согласился на консультацию врача. 

Районным психиатром был направлен на госпитализацию. В стационаре поставили диагноз: шизофрения параноидная, приступообразно-прогредиентная, галлюцинаторно-параноидный синдром. На фоне назначенной терапии отмечалась незначительная положительная динамика: оформленных бредовых идей активно не высказывал. 

В 25 лет прекратил прием лекарств из-за значительного набора массы тела. Стал одержимо заниматься силовыми тренировками, принимал белковые коктейли. Навязывал матери беседы, рассуждал о смысле жизни, мог часами говорить о предназначении человека. Повсюду замечал знаки.

Периоды относительно спокойного и адекватного поведения сменялись периодами возбуждения с речевой охваченностью. Явно прослеживаются признаки аффективных нарушений в рамках шизофрении.

Через год поступил в колледж на специальность штукатура. Спустя полгода начал пропускать занятия, болезненно реагировал на замечания преподавателей, писал жалобы в департамент образования о предвзятом отношении к нему. Обучение окончил с трудом. Однако продолжил писать жалобы. От матери все скрывал. Засекретил паролями телефон, компьютер. Считал, что за ним следят сотрудники спецслужб, а соседи воздействуют «электрошумовой установкой». Замкнутость и напряженность нарастали. 

Еще через год был повторно госпитализирован. На фоне терапии острота психотической симптоматики уменьшилась, однако состояние оставалось нестабильным, критика к состоянию была формальной.  Самостоятельно прекратил поддерживающую терапию. Галлюцинаторно-параноидная симптоматика обострилась. В 30 лет был госпитализирован бригадой скорой медицинской помощи в психиатрическую больницу, поставлен диагноз «параноидная шизофрения, эпизодический тип течения; галлюцинаторно-бредовой синдром на фоне нарастающих негативных расстройств». 

Психический статус на момент обращения

  • Сознание не нарушено. 
  • В месте, времени и собственной личности ориентирован верно. 
  • Внешне неопрятен, напряжен, мимика тревожна. 
  • Эмоционально холоден. 
  • Настроение неустойчивое, с дисфорическим оттенком. 
  • На поставленные вопросы отвечает неохотно, односложно. 
  • Мышление насыщено бредовыми переживаниями, сообщает, что ему доступна тайная информация. 
  • Критика к собственному состоянию снижена. 

Схема терапии

Было назначено лечение:

Другие материалы

Все материалы